Литература » Вторая родина » Глава XXV

После пережитых волнений госпожа Уолстон долго не могла оправиться. Лучшим лекарством для нее, конечно, был маленький Боб, он находился все время рядом, и в любую минуту она могла его приласкать.
О том, что произошло с мальчиком и его другом альбатросом, догадаться было нетрудно. Играя с птицей, Боб оказался в самой глубине грота. Альбатрос устремился к узкому отверстию. Боб последовал за ним в темное углубление, выйти из которого не сумел. Малыш стал звать на помощь, но его не услышали. Он потерял сознание, и кто знает, что с ним случилось бы, если бы по счастливой случайности крики альбатроса не донеслись до слуха Фрица.
- Как хорошо, что все закончилось к лучшему и малыш снова на руках у матери, - сказал боцман. - Но нет худа без добра: благодаря этому происшествию мы узнали о существовании второго грота. Хотя, по правде говоря, мы пока не знаем, что с ним делать. Нам и одного вполне достаточно - ведь он нужен только для ночлега.
- Однако, - заметил Гарри Гульд, - неплохо бы выяснить, нет ли у второго грота продолжения…
- Может быть, даже до противоположной стороны скального массива?
- Как знать, Блок…
- Но, допустим, он проходит через весь массив насквозь. Что мы увидим, выйдя из него? Тот же песок, скалы, заливчики да зелень или плодородную почву размером не более моей шляпы?
- Возможно и так, - произнес Фриц, - и все же следует проверить…
- Проверим, проверим, господин Фриц, тем более что, как говорится, за осмотр денег не берут, - усмехнулся боцман.
Осмотр второго грота, конечно, необходим, он может привести к ценным открытиям, поэтому решили приступить к разведке сразу же, не откладывая на потом. Капитан Гульд, Фриц и Франц вернулись к задней стене пещеры. Боцман с запасом больших свечей шел позади. Прежде всего следовало расширить отверстие, заваленное обвалившимися камнями.
Потребовалось не более четверти часа, чтобы сделать щель достаточно большой. К тому же Гарри Гульд и его товарищи не успели еще располнеть после высадки на остров. Три месяца полуголодной жизни совершенно не способствовали прибавке веса, да и телосложение молодых людей к этому не располагало. Исключение составлял только боцман, несмотря ни на что, он сумел все-таки набрать несколько фунтов, с тех пор как покинул «Флег», и очень об этом сожалел. Преодолев лаз, все принялись основательно осматривать второй грот, достаточно хорошо освещаемый свечами.
Грот оказался более глубоким, чем первый, зато уступал ему шириной. Он напоминал узкую галерею длиной примерно сто футов, от десяти до двенадцати футов диаметром и почти такой же высоты. И, похоже, к ней примыкало несколько похожих боковых переходов, расходящихся в разных направлениях и образующих в глубине горного массива нечто вроде лабиринта.
- В таком случае, - предположил Гарри Гульд, - почему бы не допустить, что одно из таких ответвлений ведет если не к верхнему плато, то, по крайней мере, к противоположной стороне отвесной стены или одного из ее ребер?

- 188 -

>

<






Важный вопрос, который следует разрешить "на практике": можно ли быть счастливым и одиноким?


— Что тебе нравится?
— Одиночество.
— Почему?
— Потому что одиночество не осуждает.


Идеальное одиночество и покой — лучшее, что способен подарить людям единственный спутник Земли.


С собой надо разговаривать в одиночестве!


Самое жестокое одиночество — это одиночество сердца.


В одиночестве человек часто чувствует себя менее одиноким.


Каждый человек должен учиться с детства находиться одному. Это не значит, быть одиноким. Это значит — не скучать с самим собой.


Когда ты будешь ценить то, что у тебя есть, а не жить в поиске идеалов, тогда ты по-настоящему станешь счастливым.


Всюду, где можно жить, можно жить хорошо.


Я всегда считал, что единственное путешествие, которое действительно стоило совершить, это путешествие за пределы самого себя.


Люди думают, что будут счастливы, если переедут в другое место, а потом оказывается: куда бы ты ни поехал,ты берёшь с собой себя.