Литература » Остров для себя » Страница 182

Вместо этого мы должны были идти к тете, которая жила в полумиле от нас. Когда мы пришли туда, то я была шокирована, увидев нашу мебель и вещи. Мама сказала, что теперь мы будем жить здесь, а если мы хотим навестить отца, то нам следует сначала отпроситься к нему. Я должна признаться, что, к ужасу Артура, никогда не была слишком послушной. Поскольку мама работала, то его обязанностью было следить за мной - чтобы я не попала в беду и добралась домой в целости и сохранности. Школьный автобус останавливался совсем рядом с тем местом, где жил отец и где раньше жили мы. Если я видела, что его велосипед стоит у дома, прислоненный к стене, то понимала, что папа находится дома и забегала поздороваться. Артур никогда не решался на это. Он пытался остановить меня, потому что мама всегда велела нам идти сразу домой. Я же всегда пожимала плечами и говорила, что хочу просто поздороваться с отцом (и выпросить у него конфеты). Я оставляла Артура, который неохотно соглашался ждать меня под деревом у дороги. Однажды по пути домой я захотела увидеть отца. Артуру, однако же, не понравилась эта идея.

Его велосипед не стоял на своем обычном месте, но я все же хотела подождать отца. Я толкнула дверь и обнаружила, что она не заперта. Решив, что отец не мог уйти далеко, мы сели на землю и стали ждать его. Я очень хотела конфет и знала, где отец их держит, поэтому решилась войти в дом в его отсутствие. Раньше я так никогда не поступала, а всегда дожидалась отца. У нас с ним установился определенный ритуал. Отец звал меня и, прижав палец к губам, делал мне знак молчать и закрыть глаза, пока он открывает коробку. Потом мне нужно было угадать, в какой руке папа держит конфету.

Когда я открыла коробку, то обнаружила пакет со своими любимыми сладостями. Я взяла пакет и вынесла его наружу, чтобы показать Артуру. Я взяла по одной конфете для нас с братом, несмотря на то, что Артур предупреждал меня, что у нас будут из-за этого проблемы. Мы сели на траву, а я продолжала вынимать конфеты для нас. Мы немного увлеклись – взглянув на мешок, я поняла, что мы съели добрую половину того, что там было.

В тот же момент Артур сказал: «А вот и папа», - вскочил и побежал. Папа сначала остолбенел и уронил свой велосипед, но потом погнался следом за Артуром. Я побежала в дом, вернула пакет с конфетами на место и выбежала обратно на улицу. Погоня все еще продолжалась, и я стала подпрыгивать и подбадривать Артура криками, а также хихикать, гладя на то, как тощие ноги моего отца мелькают вслед за долговязыми конечностями Артура. Потом я посмотрела на землю и увидела, что обертки от всех съеденных конфет валяются на земле. Увидев, что мой отец отказался от погони и возвращается обратно, я начала спешно уничтожать улики. Но, в конце концов, сдалась и уселась на них сверху, пытаясь скрыть обертки под юбкой от моего платья. Отец поднял велосипед и покатил его по направлению к тому месту, где я сидела. Папа спросил меня, почему убежал Артур. Я ответила, что не знаю, гадая является ли совместное поедание конфет причиной, по которой брат бросил меня здесь. Я все еще продолжала сидеть на земле. Отец попросил меня встать, но я ответила, что мне и так хорошо, и не желает ли он составить мне компанию и посидеть немного. Тогда отец суровым голосом приказал мне встать. Я встала, и он увидел обертки, валяющееся на земле. «Пошли со мной, Стелла», - сказал он. Обычно он называл меня по прозвищу, и теперь, поскольку отец назвал меня по имени, я поняла, что он действительно рассержен. Он сидел на стуле около входа и приказал мне лечь поперек его коленей.

- 182 -

>

<






Важный вопрос, который следует разрешить "на практике": можно ли быть счастливым и одиноким?


— Что тебе нравится?
— Одиночество.
— Почему?
— Потому что одиночество не осуждает.


Идеальное одиночество и покой — лучшее, что способен подарить людям единственный спутник Земли.


С собой надо разговаривать в одиночестве!


Самое жестокое одиночество — это одиночество сердца.


В одиночестве человек часто чувствует себя менее одиноким.


Каждый человек должен учиться с детства находиться одному. Это не значит, быть одиноким. Это значит — не скучать с самим собой.


Когда ты будешь ценить то, что у тебя есть, а не жить в поиске идеалов, тогда ты по-настоящему станешь счастливым.


Всюду, где можно жить, можно жить хорошо.


Я всегда считал, что единственное путешествие, которое действительно стоило совершить, это путешествие за пределы самого себя.


Люди думают, что будут счастливы, если переедут в другое место, а потом оказывается: куда бы ты ни поехал,ты берёшь с собой себя.