Литература » Остров для себя » Страница 106

Хотя, конечно, ветер не был таким сильным, как тогда, когда Фрисби оказался запертым на острове, для меня шторм выглядел достаточно впечатляющим. Упало еще несколько кокосовых пальм, по воздуху начали летать орехи, жестяная крыша вибрировала так, словно ее пилили пилой.

Звуки бури были просто невероятными. Я пережил много морских штормов, но на этот раз звуки были другими, и они становились громче. Я уже привык к ним и перестал замечать, когда вдруг внезапно послышался резкий звук. Ветер выл настолько громко, что почти заглушал все остальные звуки, хотя время от времени я мог слышать, как падает очередное дерево. Я ожидал, что в любой момент ветер сорвет крышу моего дома (это уже давно случилось бы, если бы не растяжки). Всю ночь по крыше били падающие кокосы, так что заснуть было практически невозможно. Я сделал себе еще одну чашку чаю прежде, чем вернуться в дом. Я боялся долго оставаться на кухне, которая не была такой крепкой, как основной дом.

Часами я ворочался без сна, почти оглушенный бурей. Лампа у меня горела всю ночь, потому что я не хотел, чтобы крыша обвалилась на меня в темноте. Но ветер дул во все щели с таким упорством, что огонь все время колебался и читать было невозможно. Все, что я мог делать – это сидеть на краю кровати и ждать, находясь в постоянном напряжении.

Однако ночью я, должно быть, задремал, потому что меня внезапно разбудил ужасный грохот. Я побежал к двери, спотыкаясь о книги в мягких обложках, разбросанные повсюду на полу. Налегая на дверь, попытался открыть ее, несмотря на сопротивление ветра – но дверь не двигалась с места. Тогда толкнул ее плечом со всей силы – и дверь все равно не открылась. Тем не менее, я чувствовал себя в доме в безопасности. Потом я понял, что по крыше лачуги все еще стучит дождь и осознал, что, должно быть, грохот означал, что ветер унес крышу на веранде.

Я зажег лампу, и мне удалось открыть одну из ставней, чтобы посмотреть на то, что осталось от веранды (я боялся того, что мог увидеть).

Сильный дождь бил мне в лицо, и за секунду я промок до нитки. Но, тем не менее, даже до того как оглядел окрестности дома, понял, что ветер немного ослабел и теперь дул на северо-запад. Это означало, что шторм закончился.

Неудивительно, что я не смог открыть дверь. Часть крыши на веранде упала вниз вместе со столбом, поддерживающим ее. Но, слава богу, кухня была в целости и сохранности. Когда военные закрыли часть веранды, они, должно быть укрепили ее, но та часть крыши, которую смастерили туземцы с Махуранджи, упала. Под безжалостным дождем я перепрыгивал через ее обломки. Потребуются недели для того, чтобы починить веранду, но сейчас пока ничего нельзя было сделать, кроме как запрыгнуть обратно в лачугу и закрыть за собой ставни.

- 106 -

>

<






Важный вопрос, который следует разрешить "на практике": можно ли быть счастливым и одиноким?


— Что тебе нравится?
— Одиночество.
— Почему?
— Потому что одиночество не осуждает.


Идеальное одиночество и покой — лучшее, что способен подарить людям единственный спутник Земли.


С собой надо разговаривать в одиночестве!


Самое жестокое одиночество — это одиночество сердца.


В одиночестве человек часто чувствует себя менее одиноким.


Каждый человек должен учиться с детства находиться одному. Это не значит, быть одиноким. Это значит — не скучать с самим собой.


Когда ты будешь ценить то, что у тебя есть, а не жить в поиске идеалов, тогда ты по-настоящему станешь счастливым.


Всюду, где можно жить, можно жить хорошо.


Я всегда считал, что единственное путешествие, которое действительно стоило совершить, это путешествие за пределы самого себя.


Люди думают, что будут счастливы, если переедут в другое место, а потом оказывается: куда бы ты ни поехал,ты берёшь с собой себя.