Литература » Вторая родина » Глава V

Можно себе представить, как беспокоился Церматт, думая об опасностях, подстерегавших сына в этой поездке. Но он не мог ни остановить его, ни следовать за ним, и шлюпка продолжала свой путь к мысу Обманутой Надежды.
Дома Йоханн не стал объяснять настоящей причины отсутствия сына, чтобы не волновать своих близких. Он сказал лишь, что Фриц решил произвести разведку западного берега острова. Но когда сын не появился и на третий день, обеспокоенный отец решил отправиться на его поиски.
Двадцатого апреля, на рассвете, вся семья, взяв запас продовольствия, погрузилась на «Элизабет» и отправилась в плавание.
Более благоприятной погоды нельзя себе и пожелать. С юго-востока дул попутный ветерок, и шаланда легко заскользила в сторону Жемчужной бухты. После полудня, миновав скалистые выступы, судно вошло в залив и бросило якорь в устье речки, где еще виднелись следы недавней стоянки. Все собрались уже высаживаться, когда послышался тревожный возглас Эрнста:
- Смотрите, дикарь!
В самом деле, в западной стороне бухты, между скалистыми островками, они увидели каяк, как всем показалось, стремящийся избежать встречи с шаландой.
До сих пор у обитателей Новой Швейцарии не было ни малейших оснований считать, что эту землю кроме них населяет кто-то еще.
На всякий случай, в ожидании возможного нападения, на шаланде стали готовиться к обороне. Но когда с заряженными пушками и ружьями «Элизабет» приблизилась к каяку на несколько кабельтовых, Жак вскрикнул:
- Это же Фриц!
Да, это в самом деле их пропавший брат. Издалека он не узнал шаланду и тем более не ожидал встретить ее у берегов Жемчужной бухты. Из предосторожности Фриц вымазал себе руки и лицо, став похожим на туземца.
Расцеловавшись со своими близкими, измазав при этом всех сажей, Фриц незаметно отвел в сторону отца и тихо сказал:
- Все хорошо, я ее нашел.
- Неужели? Англичанку с Дымящейся горы?
- Да, она там. Это отсюда недалеко, на одном из островов бухты.
Ничего никому не говоря, Церматт направил шаланду к указанному Фрицем островку в западной части бухты. Пристав к берегу, путешественники увидели пальмовую рощицу, а под одним из деревьев - шалаш. Фриц подал сигнал выстрелом из пистолета, и тотчас же с дерева спрыгнул юноша.
Это было первое человеческое существо, которое Церматты увидели за все время пребывания на острове. Им оказался вовсе не юноша, а молодая девушка - англичанка, двадцати лет, в одежде юнги.
Теперь-то Фриц поведал матери и братьям, как он узнал о заброшенной на вулканический остров бедняжке, как отправил ей записку, но девушка ее, как оказалось, не получила, ибо альбатрос не возвратился на Дымящуюся гору.
Трудно описать, с каким волнением слушали этот рассказ все члены семейства, какой восторженный прием встретила Дженни, как нежно, по-матерински прижимала ее Бетси к своей груди. Со слов Фрица Дженни уже знала все о Новой Швейцарии и ее обитателях, а ее история еще впереди. «Элизабет», не задерживаясь более, покинула Жемчужную бухту, только число ее пассажиров теперь увеличилось.

- 33 -

>

<






Важный вопрос, который следует разрешить "на практике": можно ли быть счастливым и одиноким?


— Что тебе нравится?
— Одиночество.
— Почему?
— Потому что одиночество не осуждает.


Идеальное одиночество и покой — лучшее, что способен подарить людям единственный спутник Земли.


С собой надо разговаривать в одиночестве!


Самое жестокое одиночество — это одиночество сердца.


В одиночестве человек часто чувствует себя менее одиноким.


Каждый человек должен учиться с детства находиться одному. Это не значит, быть одиноким. Это значит — не скучать с самим собой.


Когда ты будешь ценить то, что у тебя есть, а не жить в поиске идеалов, тогда ты по-настоящему станешь счастливым.


Всюду, где можно жить, можно жить хорошо.


Я всегда считал, что единственное путешествие, которое действительно стоило совершить, это путешествие за пределы самого себя.


Люди думают, что будут счастливы, если переедут в другое место, а потом оказывается: куда бы ты ни поехал,ты берёшь с собой себя.