Литература » Остров для себя » Страница 99

Сначала я не осмеливался прикоснуться к ней. Потом я схватил пачку, надорвал ее и вынул один из белых, красивых, гладких цилиндров.

Затем, боясь, что пачка просто раствориться в воздухе, я жадно закурил. Когда я немного расслабился, то вспомнил, как шкипер с «Махуранджи» перед отплытием дал мне несколько пачек сигарет, и я тщательно спрятал их в доме. Одна из них, должно быть, завалилась за книги. Если бы Миссис Воришка не промахнулась, я бы никогда не нашел эту пачку.

Я записал в свой дневник: «Выкурил свою первую за месяц сигарету. Она имела вкус внешнего мира, и я почувствовал себя намного лучше, поэтому пожарил себе шесть яиц на обед, а кошкам скормил большую часть угря, пойманного на рифе. Сегодня я очень доволен, но уже завтра у меня останется всего 19 сигарет, и я хочу сделать из каждой сигареты две.»

На следующее утро я проснулся совсем другим человеком. Первое, что я сделал – это разломал все сигареты и ссыпал весь табак в жестянку – так что теперь я мог сделать 38 сигарет. Я решил растянуть их больше, чем на месяц, и последнюю выкурить на Рождество.

Увы, человек слаб. Я ранее курил немного, но теперь, в припадке безумия, выкурил все сигареты за 5 дней. Я знал, что это неразумно, но ничего не мог с собой поделать. После того, как сигареты закончились, мне еще больше захотелось курить.

Я чувствовал, что не могу работать. Я начал лениться и ждал Рождества, когда смог бы съесть тушенку. Тяга к сигаретам заставляла меня чувствовать себя просто отвратительно, но, поскольку на всем острове не было ни крошки табака, то моя никотиновая зависимость трансформировалась в жажду мяса, ломтика хлеба с маслом или, время от времени, плитки шоколада.

Мяса мне хотелось больше всего. Возможно, я все еще страдал от последствий лихорадки, потому что иногда просыпался ночью в поту и откидывался с разочарованием на подушки, вспоминая родительский дом, где мама щедро намазывала маслом куски хлеба. Видения хогетт – знаменитого новозеландского мяса (что-то среднее между ягненком и бараниной) вторгались в мое подсознание, и я, проснувшись, все еще видел большой горшок с жарим из хогетта перед собой, около кровати или на полке с книгами.

А потом мои мечты приняли ужасающие формы. До сих пор они были сосредоточены на простых, но сытных блюдах. Однажды ночью, тем не менее, начались изменения. Мне уже не хотелось хогетта или хлеба с маслом, а только очень аппетитных блюд.

- 99 -

>

<






Важный вопрос, который следует разрешить "на практике": можно ли быть счастливым и одиноким?


— Что тебе нравится?
— Одиночество.
— Почему?
— Потому что одиночество не осуждает.


Идеальное одиночество и покой — лучшее, что способен подарить людям единственный спутник Земли.


С собой надо разговаривать в одиночестве!


Самое жестокое одиночество — это одиночество сердца.


В одиночестве человек часто чувствует себя менее одиноким.


Каждый человек должен учиться с детства находиться одному. Это не значит, быть одиноким. Это значит — не скучать с самим собой.


Когда ты будешь ценить то, что у тебя есть, а не жить в поиске идеалов, тогда ты по-настоящему станешь счастливым.


Всюду, где можно жить, можно жить хорошо.


Я всегда считал, что единственное путешествие, которое действительно стоило совершить, это путешествие за пределы самого себя.


Люди думают, что будут счастливы, если переедут в другое место, а потом оказывается: куда бы ты ни поехал,ты берёшь с собой себя.