Литература » Остров для себя » Страница 6

Это были перемены к лучшему. Моей бабушке по материнской линии принадлежали двадцать акров земли всего в пяти милях от Тимару, и именно здесь мы и поселились. Мой отец ездил на свою новую работу на велосипеде, рессорной двуколке или верхом на лошади. Я же поступил в местную школу, где (при всей моей скромности) я был лучшим в чтении, географии и арифметике, что позволило мне перескочить один класс и перейти из первого сразу в третий.

Оглядываясь назад, я осознаю, что реальным ключом к моим будущей жизни было то обстоятельство, что в моей семье считалось абсолютно решенным вопрос о том, что я должен был стать моряком. Я не мог вспомнить того момента, когда бы я так не считал. Разумеется, от моих родителей не последовало ни слова возражения, когда я объявил им, что собираюсь поступить на флот Новой Зеландии. У меня тогда были собственные амбиции: стать профессиональным навигатором. Однако, когда мой отец привез меня на военно-морскую базу в Окленде, чтобы я написал заявление о приеме, я испытал настоящий шок, узнав, что в свои восемнадцать с половиной был уже слишком стар для того, чтобы стать моряком.

Это было горькое разочарование, но я всем сердцем стремился к карьере мореплавателя и принял наилучшее решение, которое только было возможно в данной ситуации. Подписав контракт на работу в качестве ученика инженера, я получил возможность начать с самых низов (и когда я говорю - с низов, именно это я и имею в виду). Я начал работать кочегаром, но я ничуть не возражал против этой работы, как бы то ни было, очень тяжелой, потому что она давала мне возможность посетить некоторые места в Тихоокеанском регионе.

Четыре года я провел на Новозеландском флоте прежде, чем смог сам себя выкупить. Ушел я оттуда из-за настойчивого желания повидать мир во все его красе, а не таким, каким я видел его до этого: узкие портовые улочки в тех городах, куда причаливал наш корабль. К тому же, посещения суши моряками строго регламентировалось: регулярные патрули, отлавливавшие матросов без увольнительной, иногда - необходимость постоянно находится возле неисправного парового котла. Именно поэтому я видел Папиэтэ, но никогда - Таити, Апиа, но никогда - Самоа, Никарагуа, но никогда - Тонго. Я хотел увидеть все эти острова по-настоящему, а не только их портовые краны или неряшливые бары - ведь все это можно найти абсолютно в любом порту мира.

В течение нескольких последующих лет я блуждал с острова на остров. Время от времени я нанимался на работу на несколько месяцев в качестве пожарного на одно из старых и медлительных межостровных суден-бродяг. Когда я уставал от этого, на некоторое время я оседал на одном месте, занимаясь подрезкой кустарников или посадкой бананов.

- 6 -

>

<






Важный вопрос, который следует разрешить "на практике": можно ли быть счастливым и одиноким?


— Что тебе нравится?
— Одиночество.
— Почему?
— Потому что одиночество не осуждает.


Идеальное одиночество и покой — лучшее, что способен подарить людям единственный спутник Земли.


С собой надо разговаривать в одиночестве!


Самое жестокое одиночество — это одиночество сердца.


В одиночестве человек часто чувствует себя менее одиноким.


Каждый человек должен учиться с детства находиться одному. Это не значит, быть одиноким. Это значит — не скучать с самим собой.


Когда ты будешь ценить то, что у тебя есть, а не жить в поиске идеалов, тогда ты по-настоящему станешь счастливым.


Всюду, где можно жить, можно жить хорошо.


Я всегда считал, что единственное путешествие, которое действительно стоило совершить, это путешествие за пределы самого себя.


Люди думают, что будут счастливы, если переедут в другое место, а потом оказывается: куда бы ты ни поехал,ты берёшь с собой себя.